Новости

От сильного расстройства мать всегда плакала, а отец лишь говорил: «Сними свой платок!»

Категория: Главная | 16 апреля 2009 | Просмотров: 3991

От сильного расстройства мать всегда плакала, а отец лишь говорил: «Сними свой платок!».

Беседа с новообращенной сестрой мусульманкой Натали Ле Берр. Я звоню в дверь в пять часов, как и договаривались, и сестра Натали Ле Берр сама открывает мне дверь с улыбкой на устах. Сестра Натали ле Берр, француженка по национальности, год назад стала мусульманкой и во время своего проживания в США приняла участие на одной из конференций в городе Колумбия, где познакомилась с несколькими братьями и сестрами мусульманами, которые и познакомили меня с Натали. Когда Натали появилась в дверях, я жестом пригласила ее в сторону автомобиля, и мы сразу же направились к нему.
Приветствуя ее, я спрашиваю о причине ее приезда, на что она отвечает: «Я приехала в Иран по приглашению одного из своих иранских друзей, с которыми я познакомилась в Нью-Йорке. Это приглашение было очень кстати, так как психически я сильно нуждалась в нем. После обращения в Ислам я столкнулась с многочисленными проблемами и в течение этого месяца получила очень хороший опыт».
Я прошу ее немного рассказать нам о себе и том, как она приняла Ислам. Она, улыбнувшись, продолжает: «Я выросла в религиозной католической семье и ввиду религиозности своих родителей в течение двенадцати лет училась в католической школе. Противоречие между словами и поступками религиозных наставников школы очень сильно расстраивало меня во время учебы, и это стало причиной того, что я отступила от своей веры. Конечно, вера в Бога всегда была со мной, и я мечтала стать религиозным человеком, так как убеждена в том, что религия защищает человека. Но в католичество я больше не верила. Поэтому долгое время изучала буддизм, протестантство. Однако и эти учения не привлекали меня. Тогда я не испытала никакого интереса к Исламу, и поскольку негативных новостей о нем было много, у меня была некая фобия к этой религии, пока я не отправилась учиться в Германию. Во время своей учебы в Германии я познакомилась с несколькими мусульманами, и поскольку я училась по специальности «Политические и лингвистические науки», была убеждена, что до политики определенного народа необходимо познакомиться с его религиозной культурой, чтобы преуспеть в этой специальности. С другой стороны, мой интерес к Среднему Востоку, который охватывает Иран, Индию и маршрут Шелкового пути, также можно считать одной из причин моего интереса к изучению Ислама. Прежде всего, необходимо подчеркнуть то, что те мусульмане, с которыми я познакомилась в Германии, лишь назывались мусульманами, а их поступки полностью противоречили учениям этой религии. Как вы знаете, в студенческом общежитии существует больше возможности для знакомства и контакта. Там я и убедилась, что они лишь называют себя мусульманами. То, что особенно негативно на меня влияло, это отношение мусульманских студентов к европейкам, с которыми они знакомились для веселого времяпрепровождения, и были абсолютно убеждены в том, что они (т.е. европейки) существуют лишь ради увеселения этих господ. Однако для женитьбы и создания семьи они, как правило, возвращались на свою родину и там выбирали себе жену. Это был для меня горький опыт, который я приобрела в Германии. Однако именно этот фактор побудил меня по завершению учебы и возвращению во Францию начать изучение Ислама. Может, вам интересно будет знать, одной из первых книг, которые я прочитала, была книга под названием «Ашура» одного танзанийского писателя. В действительности, эта книга не была такой уж положительной. Однако рассказ о житье Имама Хусейна и его семьи, о беседах Имама Хусейна с его дочерью Сакиной привел мое сердце в такой трепет и оказал на меня такое влияние, что я чувствовала, как одно лишь произношение имени Сакины создает внутри меня особое спокойствие. Помимо своих изучений, которые я одновременно продолжала, могу сказать, что рассказ об Имаме Хусайне и Сакине был поворотным моментом в моей жизни, и после принятия Ислама я выбрала для себя имя Сакины. В апогее того периода, когда я утопала в проблемах, это имя даровало мне удивительное успокоение, и я забывала о проблемах. В это время я поехала в Нью-Йорк, чтобы принять участие на курсах и приняла Ислам во время своего пребывания в Соединенных Штатах. Я произнесла формулу принятия Ислама в присутствии духовных лиц мечети, одного темнокожего мусульманина и друзей-мусульман, любезность которых явилась еще одним фактором моего интереса к Исламу. Это был незабываемый день на страницах книги моей жизни. Сразу же после обращения в Ислам на меня обрушился шквал проблем. Друзья отвернулись от меня, и началась великая война в семье. Я отлучилась от отчего дома ради учебы в семнадцать лет, и родители очень верили в меня, потому что видели как я оправдываю их надежды и не иду неправильным путем. Моя мать всегда была одной из ярых противников Ислама. Когда я из Нью-Йорка позвонила во Францию и осторожно сообщила ей новость о принятии Ислама, она подняла такой крик, что я была шокирована. Крики и вопли, которые моя мать подняла на другом конце провода, привели меня в замешательство. Затем она бросила трубку. Примерно десять дней у меня не было о них известий. Однажды, я вошла в квартиру и в полном изумлении нашла там своих родителей. Я была поражена. Ничего не сообщив, они взяли мой адрес у моей соседки по комнате в Париже и приехали в Нью-Йорк. Увидев меня, мать тут же начала рыдать и в течение всего время своего пребывания в Нью-Йорке, т.е. десяти дней, ее слезы не прекращались. Они думали то, что я стала мусульманкой, равнозначно тому, что я стала террористкой, и что обязательно сотрудничаю с террористическими группировками и состою в них! С точки зрения моих родителей Ислам был равнозначен терроризму. Разумеется, это внушено общественному мнению путем средств массовой информации. Они были убеждены, что хиджаб это предмет угнетения женщин и символ отсутствия женской сущности, и что я своим выбором избрала свое небытие. Все мои старания касательно их просвещения были безрезультатны, и слезы моей матери не прекращались. Они пригрозили мне тем, что лишат меня наследства и больше не возьмут на себя расходы на мою учебу. Чтобы показать им, что их представление о женщине-мусульманке неверно, я пригласила в наш дом свою подругу иранку, которая училась на врача. Думала, может, увидев ее, моя мать немного успокоится. Но, к сожалению, это ни малейшим образом не помогло существующему положению. Моя мать не проявила нерадивости в унижении и оскорблении моей подруги, что было для меня очень болезненно. В сложившейся ситуации мой отец подходил к проблеме более сдержанно и лишь говорил: «Сними свой платок!». Я хорошо помню, как, однажды, туалет нашей квартиры сломался, а матери надо было в туалет. Для этого она должна была пойти со мной в расположенный рядом с нашей улицей ресторан. Но она отказалась, чтобы я пошла вместе с ней в платке! В конце концов, по предложению отца я надела шляпу и приподняла ворот, чтобы соблюсти хиджаб. Только тогда мать согласилась выйти из дому. Возможно, нетрудно слушать подобные вещи, однако в то время они оказывали на меня удивительное давление. Если человек окажется в такой ситуации, возможно, он поймет и ощутит, насколько она невыносима и какое влияние оказывает на нас подобных. Представьте себе, что за одну ночь все ваши друзья и знакомые отказались от вас, и ни один из тех, кто недавно заявлял о своей любви к вам, не желает даже отвечать на ваши приветствия. Вообразите себе, что вы разом лишились всех, в чью защиту и покровительство верили. Если нет силы веры и божьей помощи, человеку очень трудно выйти из под такого психического давления. Мои родители слышали о том, что отец и мать по Исламу пользуются особым почтением и святостью, и дети обязаны быть им покорными. Поэтому они заявили, что я, согласно этому принципу, обязана слушаться их и вернуться с ними во Францию. Как и грозились, они не стали более платить за мою учебу, и чтобы вынудить меня вернуться во Францию, прекратили оказывать какую-либо материальную помощь. После возвращения родителей домой я попыталась найти себе работу через нью-йоркский исламский центр, дабы не зависеть от них. Но, к сожалению, зарплаты, которую я получала, не хватало на нормальную жизнь. Обстоятельства вынудили меня оставить учебу незаконченной и вернуться во Францию. По возвращении домой меня накрыла новая волна проблем. В общем, ввиду своей материальной зависимости я была вынуждена жить с родителями. Они стыдились перед своими знакомыми и друзьями за меня, за мое ношение платка, и потому создали для меня очень трудные условия и нечасто позволяли выходить из дому. Оказывая такое давление, они пытались заставить меня отказаться от своих убеждений, особенно от ношения платка. Моя жизнь стала очень трудной. Все мои телефонные переговоры контролировались. Как только родители слышали мусульманское имя, тут же оскорбляли того человека и отключали телефон. Кроме того, я начала сильно страдать анемией, потому что не употребляла недозволенное мясо, пока мать не сказала, что нашла магазин, где продается мясо-халал. Только после я заметила, что она лишь несколько раз купила мясо в магазине мусульман и говорила мне, что покупает там лишь затем, чтобы я его употребляла. Обстоятельства оказывали на меня такое сильное давление, что, в конце концов, я обратилась за помощью в Фонд социального обеспечения. Президентом этого фонда была женщина. Увидев мое психическое состояние и узнав о моем положении, она очень расстроилась. Фонд социального обеспечения предоставил мне одну комнату и стипендию на необходимые жизненные расходы. Таким образом, я вновь переехала от родителей и начала лечиться у врача от нервного давления. В это время брат вновь восстановил со мной отношения, также как и тетя и, таким образом, я понемногу стала избавляться от сильного одиночества, в котором оказалась. Сейчас благодаря этой поездке мое душевное состояние еще больше улучшилось, и я надеюсь, что смогу стать истинной мусульманкой».

Савсан Сафоварди

Оливковое масло - Olea europaea

<<предыдущая следующая>>

Спорт и хиджаб

(голосов: 0)